{title_bf_pb_ru:value}

Рига, СССР (01-05-1955 - 01-11-2007)

«В ее тихм уютном доме велись приятные интеллигентные беседы, звучала хорошая музыка Александра Малинина, Любы Успенской, Софии Ротару. Мы пели народные русские и украинские песни.»

Я не помню ни точной даты ее рождения и смерти, ни девичьей фамилии этой милой женщины.
Когда мы дружили, нам было достаточно того, что мы знали друг о друге.

Ольга была стюардессой. Многие девушки СССР мечтали о такой элитной профессии.

Сама себя Ольга называла с юмором «служащая пищеблока». Ее внешность и характер соответствовали званию стюардессы – милая, яркая, внимательная, мягкая, но с характером.

Выйдя замуж за голландца Питера, она вынуждена была смириться с серым небом этой страны, и даже с серым существованием в совсем неромантичной профессии. Ольга ухаживала за старичками. Ей не очень хорошо давался голландский язык, да и приехала она в Нидерланды уже в 40 лет, так что о профессии стюардессы речь идти не могла. Это очень угнетало мою подругу.

Ее дом в городе Leeuwarden, неподалеку от дома, в котором родилась знаменитая Мата Хари, всегда был открыт для друзей. Ольга помогала им советом в вопросах адаптации в Нидерландах, рассказывала, где купить продукты, похожие на привычные нам в СССР. Некоторые их подруг жили у нее в доме, пока решали свои проблемы. Женщина с хорошим вкусом, она всегда накрывала для подруг роскошный стол, украшенный с изысканной элегантностью. Оля готовила самые особенные русские и европейские салаты, отличавшиеся от привычных нам оливье и селедки под шубой, но не похожие на популярные в Нидерландах листья под соусом.

Она могла найти общий язык со всеми, она дружила даже с нашими мамами. В ее тихм уютном доме велись приятные интеллигентные беседы, звучала хорошая музыка Александра Малинина, Любы Успенской, Софии Ротару. Мы пели народные русские и украинские песни. На прощание каждый из гостей всегда получал особенный подарок, напоминающий СССР, диски с любимой музыкой. Мы всегда могли вспомнить в этом доме родину и ее самые прекрасные моменты. Ольга была одной из первых Ласточек Перестройки, приехавших в Голландию, ее дом стал своего рода русско-украинско-латвийским клубом.

Большое горе настигло латышскую голландку Ольгу, когда она не смогла привезти сына в свою новую страну. Для юноши это закончилось трагедией, он погиб. Тогда отъезд близких людей в капстрану многим казался предательством, а детям было особенно трудно расставаться с матерями. Но для них это был, зачастую, единственный способ прокормить детей в условиях Перестройки. Мы старались поддерживать свою подругу в этом горе, но такое пережить очень трудно.

Через несколько лет умер голландский муж Ольги. Прощаясь с ним, я обратила внимание, что моя подруга была очень спокойна и очень красива. Ее окружали 9 братьев и сестер мужа, несколько симпатизирующих ей мужчин и много приятельниц. «Она не будет одинока» - подумалось мне. Но она была очень, очень одинока. Только один ее звонок – и мы бы приехали к ней, устроили бы снова посиделки с песнями, позвали бы к себе, повезли бы на выставку или в театр. Но Оля была гордой женщиной и не любила признаваться в своих слабостях.

Тогда, прощаясь, мы договорились перезваниваться и приезжать в гости друг к другу. Ольга разговаривала с трудом, не оканчивая предложения. Это был побочный эффект сильных антидепрессантов... (Люди! Остановитесь!!!!! Эти таблетки – самый верный путь к суицидам!)
Я не могла знать, что это была наша последняя встреча. Два года я пыталась разыскать ее через друзей и знакомых. Она продала дом, не отвечала на звонки и электронные сообщения.

Через два года я случайно узнала, что ее больше нет. Ольга получила квартиру на 12 ом этаже. Написав последнюю записку о своем добровольном уходе, Ольга ...шагнула в небо с балкона. Она ушла, как настоящая стюардесса...